От суммы и тюрьмы не зарекайся

Автор Мадина Варфоломеева

Оглушительный взрыв сотряс здание христианской миссии. Битые стекла дождем осыпали случайных прохожих, куски штукатурки, вырванные оконные рамы отлетали на несколько метров, сорванная с петель взрывной волной массивная дубовая дверь сбила с ног пожилого мужчину и подмяла его под своей тяжестью.

На несколько мгновений в воздухе повисла звенящая тишина и, словно давая сигнал, истошно завизжала женщина. Вторя ей, со всех сторон понеслись стоны, крики, плач, завыли сирены.

Обдав полыхнувшим жаром, Миляушу швырнуло на стенку. Больно ударившись головой, она потеряла сознание. Когда спустя время она медленно открыла глаза, голова гудела и казалась налитой свинцом, во рту стоял вкус крови и какой-то горечи. От пропитавшей воздух пыли и гари в горле запершило. Закашляв, она осторожно повернулась на бок и с ужасом зажмурилась. Рядом с ней на грязном полу корчился молодой человек, на его бледном лице глаза были неестественно выпучены и красными. Он почему-то пытался засунуть себе в живот массу дергающихся змей какого-то кроваво-серого цвета.

Миляуша пыталась приподняться, каждое движение приносило острую боль, ей хотелось плакать, позвать маму. Но вокруг творилось что-то невообразимое. Жива ли она? А братишка? До взрыва он стоял рядом, и она держала его за руку, чтобы он не баловался. Машинально Миляуша стиснула ручку братика и посмотрела на нее: она сжимала пухленькую детскую ручонку, оторванную в локте. Вниз свешивались нити сухожилий, вен и куски кожи. Перед глазами у нее поплыли темные круги, и Миляуша вторично потеряла сознание.

….Очнулась Миляуша в больничной палате. Она долго смотрела в беленый потолок, внимательно изучая известковые подтеки, не решаясь повернуть голову, боясь опять увидеть развороченные трупы и среди них посиневшее тельце четырехлетнего братика с оторванными руками.

Где-то в углу палаты бранилась старушка, уверяя кого-то, что своими глазами видела «энтих мериканцев с гуманной помощью на двух грузовиках, а суп опять с тараканами, а не с консервами, и опять энти мироеды, все продукты домой постащили».

-Ой, дочка, проснулась? – Миляуша от неожиданности вздрогнула, к ней на койку присела медсестра в видавшем виды белом халатике. – В рубашке родилась, девочка, отделалась лишь сотрясением мозга. А это мама твоя?

Медсестра кивнула по направлению соседней кровати. На ней лежала истощенная до предела женщина. По серому лицу с ввалившимися глазами трудно было определить, сколько ей лет – то ли тридцать, то ли все семьдесят.

С трудом поднявшись и пошатываясь, Миляуша подошла к женщине, упала на колени и, припав головой к груди матери, беззвучно и горько разрыдалась.

-Мамочка, что же ты наделала!..

 

…До этой трагедии Галия, мать Миляуши, была вполне обеспеченной благополучной женщиной. Работа главным бухгалтером в солидной фирме давала ей возможность чувствовать себя независимой от любых штормов нашей нестабильной экономики: верный и любящий муж, спокойные, умные дети, благоустроенная квартира в центре города. Что еще для счастья нужно? Но, увы, жизнь подчас преподносит нам неожиданности и сюрпризы. И в эту семью нагрянула беда, с той стороны, откуда ее не ждали. В один прекрасный день муж Галии – семьянин, кормилец, отец – ушел к более молодой женщине. Вполне банальная история, сейчас этим ни кого не удивишь, красивая и смелая дорогу перешла.

Но… Галия выросла в татарской семье, где испокон веков было заведено почитать и уважать мужа – главу и опору семьи. В один миг рухнули все устои, на которых держались все представления о жизни. Развод она пережила тяжело, замкнулась в себе, перестала общаться с друзьями, родственниками. В их большой и обычно шумной квартире стало тихо и неуютно.

И как гром среди ясного неба для всех прозвучало известие, что Галия снова выходит замуж. Южный красавец был гораздо моложе ее. Близкие и знакомые понимали, что на этот шаг Галия  пошла из-за отчаяния и в отместку своему бывшему мужу. Ведь для всех было очевидно, для чего этому парню понадобилась женщина старше него, да еще с тремя детьми. Квартира Галии стала какой-то перевалочной базой, хотя ей казалось вполне естественным, что ее комнаты битком набиты баулами и мешками. Они ведь живут недалеко от рынка, а муж коммерсант, и в каждом бизнесе есть свои недостатки. Галию не возмущало, что у них всегда полно народу и нередко ночуют до десятка едва знакомых ей и ее сожителю людей.

Правда, бизнес у ее Алишера шел не очень удачно. И все чаще и чаще он стал поговаривать о более привлекательных для них перспективах. Поздними вечерами он рисовал ей радужную жизнь на своей родине: о жарком солнце, фруктах целый год, и что если продать квартиру здесь, то на эти деньги там можно купить четырех комнатную с хорошей мебелью. Да еще хватит на новый автомобиль, а на остатки прожить припеваючи еще целый год или вложить в свое дело. Вняв уговорам Алишера и, его горячим клятвам в любви и преданности, Галия уволилась с работы и начала распродавать имеющееся имущество. От вырученной за продажу квартиры суммы у Алишера «полезли глаза на лоб». Таких денег ему вместе с родней и друзьями в жизни не заработать!

Душанбе поразил Галию и ее детей восточным колоритом, множеством цветов и фонтанов на улицах, гомоном базаров. Здесь рядом соседствовали кричащая роскошь и убогая нищета.

За считанные дни Алишер приобрел в престижном районе города квартиру. Галия не придавала значения тому, что он полностью на себя оформил квартиру и новенькую «иномарку». Безгранично веря в его любовь, она отдала ему оставшуюся часть суммы, ведь он мужчина, а на Востоке мужчина глава семьи и все проблемы должен решать сам. Беззаботно прогуливаясь с детьми по большому городу, изучая его историю и посещая мемориалы и музеи, Галия не догадывалась о надвигающейся беде.

Как-то придя с вечерней прогулки, она застала в объятиях подвыпившего Алишера размалеванную девицу в вызывающе короткой юбке. В результате скандала Алишер, несмотря на ночь, вытолкал Галию с детьми на лестничную площадку, при этом, пояснив ей, что она ему надоела и пусть катится в Россию. Возмущенная Галия не привыкшая к такому обращению потребовала, чтобы  ее впустили в квартиру, купленную на ее деньги. Расхохотавшись Алишер схватил ее за волосы и поволок по лестнице и дав напоследок пинок, посоветовал обратиться теперь к своей бабушке.

Щелчок замка закрывающейся двери словно привел женщину в чувство, с глаз спала пелена, окутывающая ее все это время. Пред ней стояли дети – напуганные и заплаканные. Поняв всю грандиозность своей ошибки, Галия ужаснулась. Она одна в этом чужом городе, чужой стране, кругом чужие люди, нет ни одного знакомого, некому помочь или, хотя бы приютить их.

В милиции над ее историей посмеялись. Квартира оформлена на Алишера. Брак не зарегистрирован, она здесь даже не прописана и является гражданкой другой страны. Ничего и никому она без бумаг не докажет. А денег нет – ее проблемы. Во всех инстанциях, куда она обращалась за помощью, ее отвергали подобным образом. А на просьбу помочь выехать в Россию разводили руками: таких, как она в республике полно, на всех средств не хватит.

…Вокзал, куда они пришли на ночь, стал долгим прибежищем не только для них. Здесь было много обездоленных и обиженных судьбой людей. В основном, это обманутые и брошенные на произвол судьбы, не имеющие возможности прокормить себя сегодня, и не мечтающие об отъезде. На Галию никто особо не обратил внимание: на вокзале ночевало и жило достаточно женщин и беспризорных детей. По роду своей деятельности Галия раньше часто выезжала в командировки и видела на вокзалах ободранных, грязных девушек и женщин, предлагающие себя мужчинам за еду и ничтожные по размерам деньги. С каким омерзением она смотрела на них! И как она сейчас поняла весь смысл народной мудрости: «От суммы и тюрьмы не зарекайся».

В конце концов, после долгих мытарств Галию с детьми подобрало христианское общество, основанное корейцами, где она и ей подобные за кусок хлеба и ночлег выполняли тяжелую и грязную работу до того самого момента, когда здание миссии не сотрясло от взрыва бомбы, подложенной оппозицией.

 

…- Миляуша, дорогая, ты плачешь?

-Мотылька жалко, он о стекло разбился.

Пожилая женщина поправила очки и отвернулась, чтобы девочка не видела навернувшиеся на глаза слезы. Миляушу она встретила в госпитале, куда зашла к знакомому врачу повидаться. Узнав, что женщина из Татарстана, Миляуша упросила забрать ее с собой. Деньги на билет ей собирали всем отделением, помогли и медперсонал и больные – кто, чем мог. Частично парализованную Галию определили в интернат для престарелых. Айдара, старшего брата – в детдом, а Маратика, похоронили на местном кладбище.

На вокзале, в Бугульме многие с изумлением наблюдали шокирующую и трогательную картину, когда из пассажирского вагона вышла двенадцатилетняя девочка и громко заплакав, упала на колени, поклонилась и припала губами к земле. Здесь ее дом, ее Родина, и, даст БОГ, она обязательно привезет домой маму и Айдара.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *